СВЯТИТЕЛЬ ГРИГОРИЙ НИССКИЙ: НЕКОТОРЫЕ ОСОБЕННОСТИ СПАСИТЕЛЬНОГО ПУТИ ХРИСТИАНИНА

Страница для печатиОтправить по почтеPDF версия

Будущее нас всегда пугает своей неизвестностью. Но может, немного разузнав о нем, стоит сделать его не таким устрашающим?

Речь пойдет, конечно же, не о будущем земной жизни, а о гораздо более «неудобной» и пока недоступной жизни после смерти. Уверен, что одного знания здесь недостаточно, так как возможность достижения блаженной вечности зависит не от этого. Однако со знания все должно начинаться, ведь благодаря ему мы можем получить довольно конкретное понимание того, к чему стремится и что делать. Естественно, что здесь мы не претендуем на предоставление исчерпывающей информации по затронутому вопросу.

Разделим наше небольшое повествование на тематические части и первое, о чем стоит сказать – это восприятие смерти. Само собой, все мы пониманием, что ее быть не должно, что ее появление – трагедия человека. Но с другой стороны – вводя смерть, Господь заложил в нее благое очистительное свойство. Вот как об этом пишет свт. Григорий: «Поелику же свободным движением вовлекли мы себя в общение с злом, с каким-то удовольствием, как бы отраву какую, приправленную медом, примешав к естеству зло, а через это лишившись блаженства, которое, как представляем, в том и состоит, чтобы не страдать, преобразились в порок: то по этой причине человек, подобно какому-то скудельному сосуду, опять разлагается в землю, чтобы, по отделении воспринятой им ныне скверны, воскресением мог быть воссоздан в первоначальный вид». Необходимость и значение смерти святитель иллюстрирует хорошим примером. Положим, что в некоторый сосуд был залит свинец, но хозяин этого сосуда решил его очистить для будущего употребления в благих целях. При наличии необходимых знаний и навыков, для реализации поставленной задачи ему нужно разрушить этот сосуд, достать оттуда застывший металл, а затем все собрать обратно. Параллель, думаю, понятна. Таким образом, смерть – это «перезагрузка» человеческой природы с целью ее очищения от примеси греха и порока.

С таким рассуждением о смерти у свт. Григория тесно связано и понимание всей человеческой природы. Так, пишет он, тело не исчезает полностью, а просто распадается на составные части. Причем душа неразрывно связана с каждой из этих частей. С одной стороны – здесь святитель объясняет возможность будущего воскресения, а также доказывает тождественность воскресших тел тем, в которых мы находимся сегодня. С другой же стороны – здесь прослеживается его глубокая убежденность в создании Богом человека неразрывно целостным и, несмотря на появление смерти, эта целостность все равно сохраняется. Мне кажется, если углубиться в данную мысль, то она сильно может поменять восприятие нами смерти, так как в ней не происходит никакого уничтожения пусть даже одной из частей человеческой природы, т.е. тело продолжает существовать и сохранять связь с душой, только в иной форме.

Естественным продолжением темы смерти является разговор о посмертной участи души. Бог, пишет свт. Григорий, промыслительно разделил жизнь человека на две части, т.е. снова мы видим вдохновляющий посыл о нереальности смерти, как отсутствия жизни вообще. Но далее у святителя уже звучит весьма строгий приговор, позволяющий ощутить остроту реализации дарованной человеку свободы. Он пишет, что мы выбираем между благом здесь и злом там, и наоборот – между злом здесь и благом там. Т.е. воспринимая благо в земном понимании и предаваясь ему, человек изменит свою участь на диаметрально противоположную в загробной жизни. Но если он претерпевает зло, опять же в земном понимании, то обязательно достигнет блаженства после смерти. Именно поэтому нам так важно научиться безропотности и благодарности Богу как раз в тех случаях и ситуациях, когда нам плохо. Подумайте, что всякий раз, претерпевая болезни, смерти близких или другие потрясения, мы можем приобрести то, чего никогда бы не приобрели без них. Да, нам не хочется, чтоб это снова повторилось, мы никогда бы не согласились на повторное прохождение бед и не пожелали бы их другому, но коль они уже случились, то нужно уметь перестроиться и извлечь из них максимальное пользу. Только так мы сможем продвинуться от полюса земного зла к полюсу вечного добра, блаженства и любви. Критически важно здесь устремление человеческо воли, так как именно она является определяющей нашего движения в ту или иную строну.

После смерти устремленная к Богу душа, по мысли свт. Григория, не переходит в состояние покоя, а продолжает свое восхождение к Тому, к Кому она стремилась и во время своего пребывания вместе с телом. Мы прекрасно понимаем, что совершенствование, развитие в бесконечном Боге может также быть бесконечным. Только теперь в душах праведников движение неразумных сил прекращается, и восшествие к Богу осуществляется гораздо легче. «Чистая от всякого порока душа вступает теперь в общение с Божеством, соединяемая с свойственным ей», – отмечает святитель и добавляет, что только тот, кто находится во мраке может желать света, а по достижении его желание сменяется на наслаждение. «Сделавшись вполне подобной Богу по простоте и единообразию, – продолжает свт. Григорий, – душа любит это простое, невещественное и единственно достойное любви благо, вступает с ним в теснейшее единение исполненными любви расположением и деятельностью, сообразуя сама себя с тем, что всегда ей обретается и приемлется, и чрез уподобление благу делаясь подобной естеству того, чего приобщается».

Состояние же грешников являет собой полную противоположность. Привыкшая стремиться к чувственным удовольствиям тела душа, когда лишается его, сохраняет эти свои устремления, что и составляет ядро мучений. И чем сильнее была привязанность к земному, тем сильнее будет и мука. «Так плотолюбцам, по совершившемся переходе в жизнь невидимую и тончайшую, – пишет свт. Григорий, – невозможно конечно не привлечь с собою сколько-нибудь плотского зловония, от которого еще более тяжелым делается для них мучение, потому что душа от этого обстоятельства грубее овеществляется». Но у святителя есть на этот счет и обнадеживающее рассуждения. Он говорит, что поскольку душа – богоподобна, то не полностью утрачивает свою связь с Богом, а сохраняет некоторое стремление к Нему. Она – носитель образа Господнего, а отсюда возникает влечение к Первообразу. Но если для праведников это влечение приятно, то для грешников хотя и неприятно, и неудобно, но все же не невозможно. Это собственно и составляет суть предстоящего врачевания для тех, кто сейчас мучается. Здесь мы видим надежду не только для нас, но и для наших почивших родных, за которых молимся.

В итоге весь этот период разделения души и тела должен прийти к своему концу – к воскресению из мертвых. С актом восстановления человека связаны, прежде всего, все наши надежды и чаяния, а до того, нужно сделать все возможное для спасения себя и близких нам людей.

Итак, мы видим, что сказанное довольно просто и понятно. Сложность заключается в его реализации на практике. Но, как говорил Кант, если есть цель и средства достижения цели, то цель принципиально достижима, так что ориентируемся на таких святителей как Григорий Нисский, не опускаем рук, с дерзновением и благодарностью Богу трудимся дальше.

Протоиерей Владимир Долгих

https://pravlife.org/ru/content/svt-grigoriy-nisskiy-nekotorye-osobennos...