Иконография Архангелов: от римских катакомб до эпохи возрождения

Страница для печатиОтправить по почтеPDF версия

Якобелло дель Фьоре. Архангел Михаил. Часть триптиха Правосудие. 1421. Дерево, темпера. Галерея Академии, Венеция

Образы Архангелов (др.-греч. «ἀρχι» – «главный, старший» и «ἄγγελος» – «вестник, посланник, ангел») – главных Ангелов, проводников откровения Божия – появляются в искусстве с первых веков утверждения христианства. Согласно Священным текстам, Ангелы выглядят как величественные мужи, но они практически ничем не отличаются от людей, и часто те, кому являются Ангелы, не узнают, что перед ними посланники Небес. Поэтому на заре христианского искусства они изображаются в виде юношей без каких-либо особых опознавательных знаков и характерных атрибутов. В росписях римских катакомб ничто не выдает их сверхъестественную природу [1]. У них нет крыльев (крылья в изображениях Ангелов появятся в конце IV века), нет у них и нимбов (нимбы станут обязательным атрибутом Ангелов в V веке). Ангелы представлены, как правило, одетыми в белые тунику и паллий [2]. Иногда – в длинную далматику [3] с широкими рукавами. На ногах – простые сандалии.  Клавы, украшающие тунику, – единственное указание на принадлежность к высшему миру. Являющиеся знаком отличия римских граждан благородного происхождения, эти широкие пурпурные вертикальные полосы, идущие от плеча до нижнего края одежды, в образах Ангелов служат символом приближенности к Царю небесному [4].

Первые христиане, с их необыкновенно чистой, вдохновенной и еще не обусловленной догматами верой, изображали Ангелов по образу и подобию человека своего времени. Поэтому Божьи посланники в раннехристианской живописи катакомб кажутся более земными, нежели небесными. Отражение человеческого начала в божественном, отблеск искренних и трогательных чувств – эти характерные особенности катакомбной стенописи восторжествуют вновь, только уже на ином уровне и спустя столетия, в искусстве эпохи Возрождения.

Благовещение. Мозаика. 432-440. Базилика Санта Мария Маджоре, Рим

Одно из самых первых в истории живописи изображений Архангела Гавриила находится в катакомбах Присциллы в Риме [5]. Фреска со сценой Благовещения, датируемая второй половиной III века, к сожалению, плохо сохранилась. Однако реконструкция росписи, выполненная археологом начала XVII века Антонио Бозио, дает представление о композиции, в которой Архангел Гавриил изображен в полный рост перед восседающей на скамье Девой Марией. Он обращается к ней с речью, на что указывает жест его вытянутой руки [6].

Первый образ Архангела Михаила представлен в росписях IV века римских катакомб на виа Латина (известных как катакомбы Дино Компаньи). Изображение, хотя и выполненное в достаточно наивной манере, красноречиво иллюстрирует сцену явления Архангела Михаила пророку Валааму, о которой упоминается в Книге Чисел. Архангел с мечом появляется перед Валаамом, которого моавитяне призвали проклясть народ израильский. «И стал Ангел Господень на дороге, чтобы воспрепятствовать ему» (Чис. 22: 22). Интересно отметить, что здесь мы видим едва ли не единственное в истории изображение ангела с бородой. Борода в данном случае может рассматриваться как символ мудрости и власти, и она была необходима для подчеркивания особой важности фигуры Архангела [7].

В римских катакомбах Джордани на виа Салари присутствует первое известное, дошедшее до нашего времени изображение Архангела Рафаила. В нижнем регистре росписи, за сценой пророка Даниила со львами следует композиция, иллюстрирующая эпизод из Книги Товита, представляющая юного Товия с веслом на плече. Товий протягивает рыбу стоящему перед ним Рафаилу, и Архангел дает юноше указание: «разрежь рыбу, возьми сердце, печень и желчь, и сбереги их» (Тов. 6: 5).

Как мы видим, Ангелы в произведениях катакомбной живописи ничем не отличаются от изображений обычных людей. Более того, без знаний Священных текстов достаточно трудно разобраться, что конкретно представлено в композициях.

Первым, кто попытался систематизировать Небесную иерархию и обозначить точки соприкосновения божественного мира с миром земным, был богослов и философ, живший в конце V – начале VI века и подписывавший свои труды именем афинского мыслителя I века Дионисия Ареопагита. Несмотря на то что до сих пор ведутся споры по поводу личности этого богослова, именно на его учении о Небесной иерархии основывались все последующие литургические тексты и иконография Ангелов. Согласно богословскому трактату Псевдо-Дионисия Ареопагита (так принято его называть), Небесные силы образуют строгую иерархию, в которой высшие передают Божественную истину низшим, «чтобы в порядке было вос­хождение и обращение к Богу, общение и единение с Ним» [8]. Священноначальство над человеческим родом вверяется провозвестническому чину Ангелов, а Архангел Михаил назначается князем иудейского наро­да (Дан. 10: 13) [9]. Псевдо-Дионисий Ареопагит не только выстраивает стройный порядок небесных чинов и объясняет их взаимосвязь с земными иерархиями, но и указывает тот путь, которым нужно следовать, дабы изображать неизобразимое: «мы не можем непосредственно возноситься к созерцанию духовных предметов, и имеем нужду в свойственных нам и приличных нашему естеству пособиях, которые бы в понятных для нас изображениях представляли сверхчувственное» [10].

Антропоморфизм ангелов обусловлен, по сути, тремя фундаментальными концепциями: во-первых, ангелы, призванные быть посредниками между Богом и человеком, принимают человеческий облик, дабы быть принятыми и понятыми людьми, во-вторых, это проявление благоволения Бога к человеку, и, наконец, доказательство участия Всевышнего в жизни человеческого рода.

Перед художниками стояла задача создать такой визуальный образ Ангела, который стал бы узнаваемым символом и отражал бы в полной мере ангельскую природу, отличную как от божественной природы, так и от природы человеческой.

Ангелы, как посредники, занимают положение срединное: они выше человека, так как являются существами небесным, но ниже Бога, поскольку они – лишь Его служители.

Для отражения ангельской природы, начиная с конца IV века, Ангелы начинают изображаться с нимбами, которые являются символами святости, а также – с большими крыльями за спиной. Эти атрибуты закрепятся за Ангелами отныне и навсегда.

В Священном Писании говорится о том, что у самых высших ангельских чинов есть крылья: «Вокруг Него стояли Серафимы; у каждого из них по шести крыл: двумя закрывал каждый лице свое, и двумя закрывал ноги свои, и двумя летал» (Ис. 6: 2) А вот на наличие крыльев у Архангелов лишь косвенно указывают строки из Книги пророка Даниила: «когда я еще продолжал молитву, муж Гавриил, которого я видел прежде в видении, быстро прилетев, коснулся меня…» (Дан. 9: 21) Способность молниеносно перемещаться из одного места в другое теолог начала III века Тертуллиан считал проявлением неземной природы ангелов: «ангелы в одно мгновение всюду находятся. Вся вселенная для них – одно место. Что бы где ни делалось, об этом они столь легко знают, как легко и возвещают» [11].

Многие исследователи утверждают, что облаченная в длинные одеяния Ника с крыльями за спиной является непосредственным прообразом Ангела [12]. В христианской иконографии крылья, воплощающие в античном мире идею скорости и стремительности действий, становятся не только символом быстроты выполнения божественной миссии, но и знаком духовной природы и возвышенности над всем земным [13].

Первые изображения Ангелов с крыльями появляются в искусстве Восточной Римской империи. К концу IV века относится известный барельеф мраморного саркофага константинопольского происхождения с изображением двух крылатых Ангелов, поддерживающих лавровый венок с монограммой Христа (Археологический музей Стамбула).

Рельеф саркофага, конец IV века. Археологический музей Стамбула

Один из ранних известных образов крылатого Архангела Гавриила мы встречаем на барельефе мраморного саркофага начала V века из Равенны, иллюстрирующем сцену Благовещения (Саркофаг «Пиньятта», портик Квадрарко ди Браччиофорте, Равенна).

Благовещение. Мозаика. 432-440. Базилика Санта Мария Маджоре, Рим

А едва ли не самый первый образ летящего крылатого Архангела Гавриила представлен в мозаичной композиции Благовещения (432 – 440 год) римской базилики Санта-Мария-Маджоре.

Ангелы «унаследуют» от богини победы Ники и диадему – ленту в волосах (базилика Сант-Аполлинаре-Нуово, Равенна, начало VI века).

Эта лента, являющаяся в античные времена знаком высшей власти как духовной, так и светской (ею повязывали головы императоры), впоследствии в изображениях Ангелов превратится в настоящую диадему, украшенную драгоценными камнями (Архангел Михаил. Икона. XIII век. Монастырь святой Екатерины, Синай). При этом в центре диадемы, как правило, размещается самый крупный камень.

Первоначально Архангелы изображались в белых одеяниях: тунике и палии. «Светлая и огнеподобная одежда, – пишет Псевдо-Дионисий Ареопагит, – означает их Богоподобие и силу освещать, сообразно с их состоянием на небе, где обитает свет, который духовно сияет» [14].

Ярким примером сложившейся в раннехристианском искусстве иконографии Ангелов служит мозаичная композиция начала VI века из базилики Сант-Аполлинаре-Нуово в Равенне.

Величественную фигуру Христа окружают Ангелы в белых одеждах с золотыми клавами, с нимбами вокруг головы, золотистыми волосами, стянутыми белой лентой, с длинными жезлами в руках. Мы можем предположить, что здесь представлены четыре Архангела: Михаил, Гавриил, Рафаил и Уриил. Они, как правило, изображаются рядом со Спасителем, возвещая Его волю. При этом Архангел Михаил всегда располагается по правую руку от Христа, а Архангел Гавриил – по левую руку (такой же порядок присутствует и в изображении Богоматери с Архангелами). В мозаике из равеннской базилики Сан-Микеле-ин-Афричиско (545 – 547, Музей Боде, Берлин), представляющей Христа с Архангелами Михаилом и Гавриилом, а также в мозаике VII века из кипрской церкви Панагии Ангелоктисты с изображением тех же Архангелов, предстоящих перед Богоматерью, имеются подписи, совершенно четко идентифицирующие изображенных персонажей.

Белый цвет в одеяниях Архангелов иногда сменяется на синий или голубой (Архангел Гавриил. Благовещение. Мозаика. Конец XI века. Церковь Успения Богоматери, монастырь Дафни, Афины; Архангел Гавриил. XIV век. Икона. Государственная Третьяковская галерея, Москва). В византийской эстетике синий и голубой цвета являются символами трансцендентного мира [15].

Поскольку деятельность Архангелов воспринимается как служение Царю Небесному, византийские художники, начиная с середины VI века, облачают Архангелов в торжественные одеяния сановников византийского двора. Иногда поверх туники накинут плащ, застегивающийся на плече драгоценной фибулой и украшенный таблионом – передником из дорогой ткани (мозаика из базилики Сант-Аполлинаре-ин-Классе, Равенна, середина VI века; барельеф с изображением Архангела Гавриила из Археологического музея Антальи, VI век; миниатюра византийской рукописи, конец XI века, Национальная библиотека, Париж).

Часто архангелы представлены в лоратном одеянии, характерном для императорского византийского двора (Мозаика, собор Чефалу, Сицилия, середина XII века; Архангел Михаил, мозаика, церковь Марторана, Палермо, 1143-1151). Поверх далматики достаточно сложным способом драпируется лор – широкая длинная полоса ткани, украшенная жемчугом и драгоценными камнями. Вместо простых сандалий на ногах у Архангелов появляются расшитые золотом и украшенные драгоценностями сапоги.

Обязательный атрибут Архангелов – тонкий жезл – символ власти, восходящий к церемониалу императорского двора. Согласно Псевдо-Дионисию Ареопагиту, жезлы означают их царское и владычественное достоинство [16]. Иногда вместо жезла они держат лабарум – боевой штандарт с христианской символикой (базилика Сант-Аполлинаре-ин-Классе, Равенна, середина VI века). В другой руке, как правило, у Архангелов державы – большие сферы с изображением креста, символизирующие Царство Небесное, власть над которым принадлежит Иисусу Христу (Архангел Михаил. Створка диптиха, слоновая кость. Начало VI века. Британский музей, Лондон; Пантократор и Архангелы. Мозаика купола. Палатинская капелла. Палермо. 1143-1150).

Торжественно-иератические символические образы Архангелов в полной мере отражали духовные идеалы христианства. Под влиянием византийского искусства, оказавшего огромное воздействие на художественную культуру стран Восточной и Западной Европы, создается целое множество изображений, бесконечно разнообразных, но несущих в себе определенные коды византийской иконографии [17].

И все же в начале XIII века в западноевропейском искусстве византийский художественный образ, являющийся символом-знаком, постепенно отступает под влиянием пробуждающегося реалистического мировоззрения. Усиливается интерес к тематическому аспекту, к индивидуализации образов, к передаче их эмоционального и психологического состояния. Композиции наполняются драматургией, становятся более повествовательными. Вводится живописное пространство, и изображенные персонажи начинают жить в своем собственном мире, отстраненном от мира материального. Это уже не догматическое изображение, нацеленное на диалог образа со зрителем, служившее средством восхождения человека от видимого к невидимому, а определенное послание, апеллирующее к чувствам человека и вызывающее определенный эмоциональный отклик.

К переходному периоду можно отнести удивительно лиричные образы Архангелов, выполненные в начале XIV века в Успенском соборе Протата (Афон) византийским художником-иконописцем Мануилом Панселином, соединившим в своих произведениях основы византийской иконографии с новой реалистической концепцией.

Тенденция растворения отвлеченного византийского стиля в реалистических формах достигает своего апогея в период Возрождения. Фигуры Архангелов в произведениях художников эпохи Ренессанса приобретают реальные пластические объемы, движения их становятся динамичными и естественными, образы более земными, приближенными к миру людей. При этом всегда сохраняются общие для них признаки духовного могущества – нимб и крылья, а определенные характерные атрибуты позволяют безошибочно идентифицировать каждого архангела [18].

Архангел Михаил – Архангел, возглавивший святое ангельское воинство, вступивший в сражение с сатаной и низвергнувший его с Неба. Это он, сохранивший верность Всевышнему, призвал ангелов на борьбу с дьявольским искушением, воскликнув «Кто равен Богу?». Его имя (др.-евр. «Ми ка Эль») в буквальном смысле означает «Кто как Бог?» – вопрос, который несет в себе утверждение – «никто не равен Богу». В Откровении Иоанна Богослова повествуется о небесной битве архангела Михаила с драконом: «И произошла на небе война: Михаил и Ангелы его воевали против дракона, и дракон и ангелы его воевали [против них], но не устояли, и не нашлось уже для них места на небе. И низвержен был великий дракон, древний змий, называемый дьяволом и сатаною, обольщающий всю вселенную, низвержен на землю, и ангелы его низвержены с ним» (Откр. 12: 7 – 9)

Как «вождь воинства Господня» (Нав. 5: 14 – 15) Архангел Михаил изображается облаченным в доспехи римского полководца и плащ палудаментум, с копьем или мечом в руках (Явление Архангела Михаила Иисусу Навину. Миниатюра византийской рукописи. X век. Ватиканская Апостольская библиотека; Икона, 1410-е годы, Архангельский собор Московского Кремля).

Часто он представлен поражающим копьем дракона, олицетворяющего собой дьявола. Таким можно увидеть Архангела Михаила на фреске конца XIII века флорентийской базилики Санта-Кроче, приписываемой школе Чимабуэ. Здесь он изображен во главе ангельского воинства, попирающим ногами дракона.

Следует отметить, что сражение Архангела Михаила с сатаной – это один из самых распространенных сюжетов в западноевропейской живописи XV – XVII веков (Рафаэль. Архангел Михаил, поражающий дракона. 1505. Дерево, масло. Лувр, Париж; Гвидо Рени. Архангел Михаил. 1630. Холст, масло. Санта-Мария-делла-Кончеционе, Рим).

Рафаэль. Архангел Михаил, поражающий дракона. 1505. Дерево, масло. Лувр, Париж

Указание на роль Архангела Михаила в битве добра и зла повлияло на более расширенную трактовку его образа как в богословских трудах, так и, соответственно, в изобразительном искусстве.

Начиная с XII века, Архангел Михаил, которому стали приписывать роль судьи на Страшном суде, почти всегда появляется в композициях Судного дня и изображается с весами в руках, предназначенных для взвешивания человеческих душ (Страшный суд. XII век. Мозаика. Собор Санта Мария Ассунта, Торчелло). Иногда он представлен в виде грозного карающего воина, преграждающего мечом путь грешникам (Лука Синьорелли. Души грешников. 1499. Фреска. Дуомо, Орвьето).

Интерпретации образа Архангела Михаила в живописи эпохи Возрождения отличаются большим разнообразием и богатством фантазии. Так, художник венецианской школы начала XV века Якобелло дель Фьоре изображает Архангела Михаила со всеми возможными атрибутами – нимбом, крыльями, мечом, весами, драконом под ногами, и при этом украшает его воинские доспехи золотыми пластинами (Якобелло дель Фьоре. Архангел Михаил. Часть триптиха Правосудие. 1421. Дерево, темпера. Галерея Академии, Венеция).

Другой венецианец Микеле Джамбоно представляет небесного посланника в богатом облачении священника с державой в правой руке (Микеле Джамбоно. Архангел Михаил. 1440-1445. Дерево, темпера. Вилла Татти, Флоренция).

А Доменико Гирландайо превращает Архангела Михаила в изящного юношу с утонченными аристократическими чертами лица, одетого в рыцарские доспехи (Доменико Гирландайо. Архангел Михаил. 1480-1485. Дерево, темпера. Портлендский художественный музей, Орегон).

Как победителю злых духов, считавшихся источником болезней, Архангелу Михаилу с самого начала приписывали целительные и охранительные свойства.

Согласно преданию, во Фригии (Малая Азия), в городе Колоссы (Хоны) в IV веке стоял храм, посвященный Архангелу Михаилу, построенный одним из жителей города в благодарность за исцеление дочери водами целебного источника. Язычники решили уничтожить святилище, соединив две горные речки в один мощный поток и направив его в сторону храма. Христианский подвижник Архипп Херотопский, живший рядом с церковью и исполнявший в ней обязанности пономаря, обратился со страстной молитвой к Архангелу Михаилу с просьбой о спасении храма. В ответ на молитву явился Архангел Михаил, ударил жезлом по скале, сотворив в ней широкую расселину, куда устремился поток воды. Благодаря вмешательству небесного посланника храм остался невредимым. Это событие, вошедшее в историю христианства, как чудо Архангела Михаила в Хонех, нашло свое отражение в религиозной живописи. Среди первых изображений, иллюстрирующих эту сцену, можно выделить миниатюру 985 года из «Минологий» Василия II, а также икону XII века, хранящуюся в монастыре Святой Екатерины на Синае. Композиция, как правило, разделяется водным потоком на две симметричные, уравновешенные части. Слева представлен Архангел Михаил в динамичной позе с жезлом в руках. Справа – в молитвенной позе предстояния святой Архипп.

В память об избавлении Рима от чумы на вершине мавзолея Адриана возвышается бронзовая фигура Архангела Михаила [19] (1753, скульптор Петер ван Вершафельт). В 590 году папа Григорий Великий возглавил торжественную процессию с молебном о спасении города от смертоносной эпидемии. Как рассказывает легенда, участники шествия увидели над мавзолеем Адриана парящего Архангела Михаила, вкладывающего меч в ножны. После случившегося, как говорят, чума отступила от города. А в память о чуде на вершине мавзолея установили статую Архангела Михаила, а мавзолей стал впоследствии называться замком Святого Ангела.

Архангел Гавриил (в переводе с др.-евр. «сила Бога») является носителем благовестий, открывающим тайное знание Бога. Согласно Священному Писанию, он возвещает Даниилу о времени явления Мессии (Дан. 9: 24 – 27), священнику Захарии – о рождении Иоанна Крестителя (Лк. 1: 13 – 17), а Деве Марии – о рождении Иисуса Христа (Лк. 1: 28 – 33). Считается, что именно Архангел Гавриил был послан для укрепления в молитве Спасителя в Гефсиманском саду и для возвещения Богоматери Ее Успения. Поэтому Церковь именует Архангела Гавриила служителем чудес и таинств Божьих, вестником радости и спасения.

Призванный приоткрывать людям завесу над божественной тайной, он иногда изображается держащим в правой руке фонарь c зажженной свечой (Архангел Гавриил. XIV век. Фреска. Монастырь Санта-Кьяра, Неаполь).

Но чаще всего Архангел Гавриил представляется в сценах Благовещения. Композиции, как правило, аналогичны сцене явления Архангела Гавриила Марии из римских катакомб Присциллы. Манера же исполнения варьируется в зависимости от эпохи и того или иного стиля.

На знаменитой иконе конца XII века из монастыря Святой Екатерины на Синае, относящейся к так называемому позднекомниновскому маньеризму, Архангел Гавриил, приносящий благую весть Деве Марии, легко ступает по земле и кажется парящим в золотом пространстве. Стремительность его движения подчеркнута обрывистым контуром его фигуры и изломанными линиями драпировок.

Джотто в начале XIV века вводит в сцену Благовещения архитектурное сценическое обрамление (Джотто. Архангел Гавриил. Благовещение. 1306. Фреска. Капелла Скровеньи, Падуя).

В XV веке Фра Беато Анджелико, помимо архитектурных декораций, дополняет композицию вполне реалистическим пейзажем (Фра Беато Анджелико. Благовещение. 1450. Фреска. Монастырь Сан Марко, Флоренция).

Обычно Архангел Гавриил изображается коленопреклоненным, с протянутой в сторону Девы Марии рукой. Этот жест словно подкрепляет произнесенные им слова: «Ave Gratia plena Dominus tecum» («Радуйся, Благодатная! Господь с тобой» Лк.1: 28). В другой руке Архангел держит или тонкий жезл, или свиток со словом Божьим. Иногда представлен с райской ветвью оливы, как знаком примирения божественного и земного (Симоне Мартини. Архангел Гавриил. Благовещение. 1333. Дерево, темпера. Уффици, Флоренция).

Симоне Мартини. Архангел Гавриил. Благовещение. 1333. Дерево, темпера. Уффици, Флоренция

Художники Возрождения предпочитали изображать небесного посланника с лилией – символом чистоты и непорочности Девы Марии (Леонардо да Винчи. Архангел Гавриил. Благовещение. 1472-1475. Дерево, масло. Уффици, Флоренция).

Порой Архангел Гавриил предстает парящим над землей (Лоренцо Монако. Благовещение. Часть триптиха. 1410-1415. Дерево, темпера. Галерея Академии, Флоренция).

Легкие дымчатые ткани его одежд, создающие ощущение таинственности и неуловимости, в которых он появляется в произведениях художников Дученто и Треченто, сменяются к концу XV века на роскошные наряды из плотных декоративных тканей с богатым орнаментом (Пинтуриккьо. Архангел Гавриил. Благовещение. 1501. Фреска. Капелла Бальони, церковь Санта-Мария-Маджоре, Спелло).

Архангелу Рафаилу (в переводе с др.-евр. «рафа эль» – «исцеление Божье») традиционно приписывались способности целителя. Упоминается Архангел Рафаил в книге Товита, где он предстает компаньоном и проводником сына Товита – юного Товия. Согласно повествованию, он отправляется с юношей в путешествие, оказывает ему помощь и поддержку, подсказывает, как с помощью рыбьей желчи исцелить слепоту отца, а с помощью сердца и печени рыбы изгнать демона из молодой Сарры. И лишь в конце пути объявляет изумленным Товиту и Товии, кем он является на самом деле: «Я – Рафаил, один из семи святых Ангелов, которые взносят молитвы святых и восходят пред славу Святаго. […] я пришел не по своему произволению, а по воле Бога нашего; потому и благословляйте Его вовек» (Тов. 12: 15, 18)

Архангел Рафаил очень редко изображается в одиночестве. Со времени катакомбных росписей его всегда представляют рядом с молодым Товием, с неотъемлемыми иконографическими атрибутами – большой рыбиной и сосудом с целительными средствами, иногда – с птичьим пером в руке для смазывания ран.

В виде элегантно одетого путешественника с огромными распахнутыми крыльями запечатлен Архангел Рафаил в произведении художников флорентийской школы живописи позднего Кватроченто – братьев Поллайоло (Антонио и Пьеро дель Поллайоло. Архангел Рафаил и Товия. 1465-1470. Дерево, темпера. Савойская галерея, Турин).

А Перуджино представил ангела босоногим путником в длинной синей тунике, с наброшенным поверх нее плащом карминного цвета с зеленым подбоем. Едва заметный изящный обод нимба подчеркивает утонченный женственный лик архангела, обрамленный золотистыми волосами (Перуджино. Архангел Рафаил и Товия. 1500. Дерево, масло. Национальная галерея, Лондон).

Ангел-воин, ангел-провозвестник и ангел-врачеватель – три главных небесных служителя Бога, призванные быть Его вестниками на земле, защищающие, врачующие и открывающие человеку Божественные тайны.

Как посредники между Богом и человеком, являются они в человеческом облике. «Знаем, что естество ангелов бесплотно, принимают же они на себя образы, сообразуясь с пользой видящих; часто оказывая свою снисходительность, являются кроткими, а часто, чтобы видящих соделать более тщательными, представляются грозными» [20], – писал в V веке епископ Кирский Блаженный Феодорит. В изобразительном искусстве они появляются в первые века утверждения христианства, а иконографический канон их изображений складывается в V – VI веках на основе богословских концепций изображения неизобразимого. Постепенно из простых юношей – ­героев незатейливой, полной наивного очарования катакомбной живописи, Ангелы превращаются в иератические образы-символы служителей Бога, наделенные характерными неотъемлемыми атрибутами. Их лики взирают на нас со стен раннехристианских базилик и соборов Средневековья, византийских икон и миниатюр манускриптов. Под влиянием возрождающегося реалистического мировоззрения, вместо отвлеченных, символических образов византийского искусства, возникают более земные, приближенные к человеку образы. В картинах художников эпохи Возрождения Ангелы предстают в виде запоминающихся характерных героев, которые живут и действуют в композициях, отличающихся сложной драматургией и определенной долей психологизма.

Ангелы всегда были и остаются одними из самых важных образов христианского изобразительного искусства. И не потому ли они изображаются в человеческом облике, что представляют собой воплощение человеческой мечты о Небесах? Августин Блаженный писал о том, что ангелы являются идеалом для людей, поскольку причастны Божественным тайнам. Поэтому, когда «мы своим внутренним слухом улавливаем нечто из речи [Бога], приближаемся к ангелам и мы» [21].

Примечания:

[1] Об изображениях ангелов в живописи катакомб: Фрикен А. Ф. Римские катакомбы и памятники первоначального христианского искусства. Часть 2. – М.: Издание К. Т. Солдатенкова, 1877. С. 193 – 200

[2] Паллий (лат. «pallium» – плащ, накидка) – древнеримское название верхней одежды, аналог греческого гиматия. Одевали паллий поверх туники (греческого хитона), драпируя таким образом, чтобы правое плечо оставалось открытым. В начале новой эры паллий стал распространенной одеждой среди первых христиан, отшельников и  философов. Один из выдающихся раннехристианских писателей и теологов начала III века Тертуллиан посвятил паллию целый трактат. В своем труде он подчеркивает, что именно паллий носили первые христиане и философы. «Радуйся, плащ, и ликуй! Тебя удостоила лучшая философия с тех пор, как ты начал одевать христианина» (Тертуллиан. О плаще. – СПб.: Алетейя, 2000. С. 84).

[3] Далматика – длинная широкая туника с широкими рукавами до запястий. Название происходит от римской провинции Далмация, где появился этот тип одежды. В Риме далматику стали носить со II – III века. В качестве церковного облачения далматика начинает использоваться с IV века.

[4] Подробнее об облачении ангелов: Bussagli M. Storia degli angeli. Racconto di immagini e di idee. – Milano: Bompiani, 2003. P. 49 – 53

[5] Wilpert J. Le pitture delle catacombe romane. – Roma: Desclee Lefebvre & C, 1903. P. 187 – 188

[6] Mazzei B. Il cubicolo dell’Annunciazione nelle catacombe di Priscilla // Rivista di Archeologia Cristiana, Pontificio Istituto di Archeologia Cristiana, Città del Vaticano, 75, 1999. P. 233 – 280

[7] Estivill D. E. Un contributo per lo studio dell’iconografia degli angeli nel secolo IV // Arte Cristiana, LXXXV, 778, gen. – feb., 1997. P. 5

[8] Дионисий Ареопагит. О Небесной иерархии. Гл. 9. § 2 // Библиотека «Азбука веры» https://azbyka.ru/otechnik/Dionisij_Areopagit/o-nebesnoj-ierarkhii/

[9] Дионисий Ареопагит. О Небесной иерархии. Гл. 9. § 2 // Библиотека «Азбука веры» https://azbyka.ru/otechnik/Dionisij_Areopagit/o-nebesnoj-ierarkhii/

[10] Дионисий Ареопагит. О Небесной иерархии. Гл. 2. § 2 // Библиотека «Азбука веры» https://azbyka.ru/otechnik/Dionisij_Areopagit/o-nebesnoj-ierarkhii/

[11] Тертуллиан. Апологетик. Гл. 22 // Азбука веры https://azbyka.ru/otechnik/Tertullian/apologetik

[12] Proverbio C. La figura dell’angelo nella civiltà paleocristiana. – Todi: TAU editrice, 2007. P. 77 – 78; Giuliani R. Angelo. // Bisconti F. Temi di iconografia paleocristiana. – Città del Vaticano: Pontificio Istituto di Archeologia Cristiana, 2000. P. 109

[13] Дионисий Ареопагит. О Небесной иерархии. Гл. 15. § 3 // Азбука веры https://azbyka.ru/otechnik/Dionisij_Areopagit/o-nebesnoj-ierarkhii/

[14] Дионисий Ареопагит. О Небесной иерархии. Гл. 14. § 4 // Библиотека «Азбука веры» https://azbyka.ru/otechnik/Dionisij_Areopagit/o-nebesnoj-ierarkhii/

[15] О концепции цвета в византийской эстетике: Бычков В. 2000 лет христианской культуры. Т. 1. Раннее христианство. Византия. – М., СПб.: Университетская книга, 1999. С. 500

[16] Дионисий Ареопагит. О Небесной иерархии. Гл. 14. § 5 // Библиотека «Азбука веры» https://azbyka.ru/otechnik/Dionisij_Areopagit/o-nebesnoj-ierarkhii/

[17] Об основах византийского искусства: Лазарев В. Н. История византийской живописи. – М.: Искусство, 1986.

[18] Подробнее о традициях изображения архангелов в западноевропейской живописи: Stanzione M. Gli Arcangeli. Michele il Guerriero, Gabriele il Messagero, Raffaele il Guaritore. – Milano: Sugarco Edizioni, 2011, 240 p.

[19] Первоначально скульптура была деревянной. Вторая, высеченная из мрамора скульптура погибла при осаде замка в 1379 году. Третий мраморный ангел был поражен молнией в 1497 году. Четвертый, сделанный из бронзы, был переплавлен на пушки в 1527 году. В 1536  веке скульптор Рафаэлло да Монтелупо создал мраморную статую с бронзовыми крыльями. Она сейчас находится в замке Святого Ангела. А на вершине замка с 1753 года возвышается бронзовый ангел, созданный по проекту фламандского скульптора Петера ван Вершафельта.

[20] Блаженный Феодорит. Толкования на видения Пророка Даниила. Гл. 12 // Библиотека «Азбука веры» https://azbyka.ru/otechnik/Feodorit_Kirskij/tolkovanie-na-videnija-proro...

[21]Августин Блаженный. О Граде Божьем. Кн. 16. Гл. 6 // Библиотека «Азбука веры» https://azbyka.ru/otechnik/Avrelij_Avgustin/o-grade-bozhem

Анастасия Татарникова

28 сентября

Автор - историк искусства, художественный критик. Живет и работает в Санкт-Петербурге. Занимается исследованиями в области истории христианского искусства. Сферы интересов: историко-художественное наследие итальянской культуры, цистерцианская архитектура, история и культура цистерцианских, картезианских и бенедиктинских монастырей.

Источник: Рускатолик.рф