Библиотека

Нравственность в Церкви и вне ее: православный взгляд в условиях меняющегося мира. Протоиерей Всеволод Чаплин

Протоиерей Всеволод Чаплин

Существуют ли в человеческой душе онтологически присущие ей нравственные качества и устремления? Кем заложены они в природу человека? Должен ли христианин признавать за инаковерующим или неверующим право считаться нравственным человеком? Можно ли говорить о тождественности христианской и общечеловеческой этики? Возможно ли единение нравственных учений на основе стирания различий между ними? 
Эти вопросы сегодня как никогда волнуют людей всего мира. И особенно волнуют они россиян, в течение долгих десятилетий оторванных от источников духовных знаний, от церковной жизни. 

Вселенскость и конфессионализм. Николай Бердяев

i.jpg

Мы живем в универсалистическую эпоху, эпоху мировых объединений, религиозных, культурных, интеллектуальных, экономических, политических. Мировые организации, конгрессы, съезды, разнообразные международные встречи являются симптомами этой повсюду обнаруживающейся воли к сближению и объединению. Это началось после кровавого раздора мировой войны. Мир все еще терзают яростные национальные страсти. Грех и болезнь национализма все еще искажают христианские исповедания. Ужас возможности новой войны все еще мучит европейские народы. Но никогда еще не было и такой тоски по единству, такой жажды преодоления партикуляризма и обособленности. Эта мировая тенденция обнаруживается и в жизни христианских церквей. Вопрос экуменический стал для христианского сознания вопросом дня. Христианский Восток выходит из состояния вековой замкнутости и Христианский Запад как будто бы перестает себя считать единственным носителем истины. Много пишут и говорят о сближении разорванных частей христианского мира, о соединении Церквей. Начинают остро сознавать, что разделение и раздор внутри христианства есть великий соблазн перед лицом мира нехристианского и антихристианского. Но существуют ли благоприятные психологические предпосылки для сближения и соединения? Это первый вопрос, который мы должны поставить. Вопрос о преодолении разделения, о вселенском единстве христианского человечества мало должен беспокоить тех православных, католиков и протестантов, которые чувствуют совершенное довольство своей конфессией, видят в ней полноту истины и полагают ее единственной верной хранительницей христианского откровения.

Из размышлений о теодицее. Николай Бердяев

i.jpg

Вот уже полтысячелетия европейское христианское человечество ведет процесс с Богом. Внутри христианского мира скептицизм, агностицизм, неверие, атеизм суть симптомы внутреннего судебного процесса с Богом. Процесс этот есть мучение над проблемой теодицеи. Но если ведется судебный процесс, то должен быть тот, с кем этот процесс ведется.

СПАСЕНИЕ И ТВОРЧЕСТВО. Два понимания христианства. Николай Бердяев

i.jpg

Посвящается памяти Владимира Соловьева 

Служите друг другу, каждый тем даром,

какой получил, как добрые домостроители

многоразличной благодати Божией.

(1 Петр. 4:10)

1. Взаимоотношение между путями человеческого спасения и путями человеческого творчества есть самая центральная, самая мучительная и самая острая проблема нашей эпохи. Человек погибает, и у него есть жажда спасения. Но человек есть также по природе своей творец, созидатель, строитель жизни, и жажда творчества не может в нем угаснуть. Может ли человек спасаться и в то же время творить, может ли творить и в то же время спасаться? И как понимать христианство: есть ли христианство исключительно религия спасения души для вечной жизни или также творчество высшей жизни оправдано христианским сознанием? Все эти вопросы мучат современную душу, хотя и не всегда сознается вся глубина их. Желая оправдать свое жизненное призвание, свое творческое жизненное дело, христиане не всегда сознают, что речь идет о самом понимании христианства, об усвоении его полноты. Мучительность проблемы спасения и творчества отражают расколы между Церковью и миром, духовным и мирским, сакральным и светским.

Стилизованное Православие (Отец Павел Флоренский). Николай Бердяев

i.jpg

«Столп и утверждение истины. Опыт православной теодицеи в двенадцати письмах» свящ. Павла Флоренского — книга единственная в своем роде, волнующая, прельщающая. Русская богословская литература не знала еще доныне книги столь утонченно изысканной. Это первое явление эстетизма на почве православия, ставшее возможным лишь после утонченной эстетической культуры конца XIX века и начала XX века. На каждом слове свящ. Флоренского лежит печать пережитого эстетического упадочничества. (Это осенняя книга, в ней звучит шелест падающих листьев.) Изысканные цветы православия свящ. Флоренского стали возможны лишь в ту эпоху, когда в католичестве стал возможен Гюисманс.

Чем отличается православие от западничества? Митроп. Антоний (Храповицкий)

i.jpg

Запад берёт из христианства то и настолько,
что и насколько совместимо с условиями
современной культурной жизни.

На такой вопрос многие из русских образованных людей скажут — обрядами. Нелепость подобного ответа до того очевидна, что он не заслуживает и внимания. Однако, немногим ближе к истине иное суждение, которое присуще людям богословски просвещённым. Они скажут вам о filique, о главенстве папы и других догматах, кои отвергаются православием, и о тех догматах, — общих православию и латинству, — которые отвергают протестанты. Выходит, что православие лишено содержания, составляющего его исключительную принадлежность, одинаково чуждую европейским исповеданиям. Между тем историческое происхождение последних, выработавшихся одно из другого, заставляет думать, что все они одинаково чужды тех или иных сокровищ Христовой истины, потому что сомнительно допустить, чтобы из ереси могла выработаться другая, не сохранив в себе известной доли первой и не возвращаясь всё-таки к истинной Церкви.

Учение Божественного Откровения о спасительном значении Слова Божия.Митроп. Антоний (Храповицкий)

i.jpg

Всякое учреждаемое общество находит интерес на своих собраниях в том, чтобы беседовать о деле, которое его совокупляет едино. Наше общество соединилось для великого дела - проповедания и слушания слова Божия. С этой же целью оно собрало нас и сегодня в эту светлую горницу, которая, подобно горнице Сионской, время от времени освобождается от дел мирских и заключает в свои стены людей различных полов, возрастов, положений и занятий, одних отрывая от мирского делания, других лишая отдыха после тяжелой дневной работы, и всем вместе вкладывая един дух и всех проникая жаждой слова Божия, как сказал псалмопевец: "благ мне закон уст Твоих паче злата и сребра, коль сладки гортани моему словеса Твоя, паче меда устом Моим" (Пс. 118; 72, 103).

Число таинств Церкви. Алексей Зайцев

prich.gif
В творениях отцов Церкви I-го тысячелетия учения о седмеричном числе таинств не встречается (См., например: Катанский А. Догматическое учение о семи церковных таинствах в творениях древнейших отцов и писателей до Оригена включительно. Спб., 1877. С. 405-420). Св. Ириней Лионский, например, никак не выделяет семи священнодействий, получивших в позднейшие времена наименования "таинств" в узком смысле, из всех прочих "действований Святого Духа" в Церкви, каждое из которых есть, по его мнению, таинство в полной мере. "Невозможно перечислить дарования, - писал он, - которые Церковь по всему миру получила от Бога во Имя Иисуса Христа, распятого при Понтии Пилате" (Св. Ириней Лионский. Творения. М., 1996. С. 210).

Христианство и неоязычество: возможен ли компромисс? Алексей Зайцев

i.jpg

Когда на заре нашей эры молодая христианская Церковь входила в историю, она сразу же вызвала резкое неприятие со стороны древнего языческого мира. Религиозно плюралистичная и веротерпимая Римская империя очень болезненно среагировала на появление новой религии. Прежде всего, римлян смущала бескомпромиссность самих христиан в вопросах веры. Ведь языческое религиозное сознание, открытое для принятия любых, даже самых экзотических и "странных" богов, готово было адаптировать, в том числе и христианского Бога. Некоторое время статуя "Назарянина", как одного из палестинских "богов", находилась в римском пантеоне наряду и наравне с идолами других божеств.

Епитимия для незнакомца

Встреча

                                                                       Мысли вслух

Церковные каноны предполагают многолетние сроки отлучения от причастия, и некоторые ревностные иереи Божии, руководствуясь буквой закона, налагают эти тяжкие бремена на приехавших паломников. Другие священники с легкостью разрешают от смертных грехов и настаивают на частом причащении. Где находится «золотая середина» и какой должна быть современная практика епитимий?
Епископ Саратовский и Вольский Лонгин

Вера и исследование. А. С. Хомяков

i.jpg

Вера всегда есть следствие откровения, опознанного за откровение; она есть созерцание факта невидимого, проявленного в факте видимом; вера не то, что верование или убеждение логическое, основанное на выводах, а гораздо более. Она не есть акт одной познавательной способности, отрешенной от других, но акт всех сил разума, охваченного и плененного до последней его глубины живою истиною откровенного факта. Вера не только мыслится или чувствуется, но, так сказать, и мыслится и чувствуется вместе; словом — она не одно познание, но познание и жизнь.

Гимн малому добру. Архиепископ Иоанн (Шаховской)

i.jpg
Вера без дел мертва (Иак. 2:26)
Жизнь дана на добрые дела (рус. народ. поговорка)
МНОГИЕ ЛЮДИ ДУМАЮТ, что жить по вере и исполнять волю Божию очень трудно. На самом деле - легко. Стоит лишь обратить внимание на мелочи, на пустяки, и стараться отклоняться от зла в самых малых и легких вещах. Это способ самый верный и простой - войти в духовный мир и приблизиться к Богу. Человек обычно думает, что Творец требует от него великих дел, что Евангелие условием веры ставит крайнее самопожертвование человека, уничтожение его личности и т.д. Человек так пугается этим, что начинает страшиться в чем-либо приблизиться к Богу и прячется от Бога, не желая даже вникать в Слово Божие. "Все равно не могу большего сделать для Бога, буду уж лучше в сторонке от духовного мира, не буду думать о вечном мире, а жить, "как живется."

Свобода и власть. Архиепископ Иоанн (Шаховской)

i.jpg

Религиозная свобода и государственная власть – сколько было в истории недоумений, недоразумений, трудностей в выяснении взаимоотношений… И не всем легко понять, что свобода людей, граждан не только «этого» мира, состоит в том, что, как подчиняясь тем или иным земным властям, так и не подчиняясь им в том или другом, они могут исполнять волю Божию. 

ПАСТЫРСТВО. Единое. Злое. Доброе. Архиепископ Иоанн (Шаховской)

Архиепископ Иоанн (Шаховской)
ЕДИНОЕ ПАСТЫРСТВО
Нет ничего страшнее и блаженнее пастырского служения.   Через пастырей земных и небесных пасет Господь Свое Cтадо - уже верующихи еще не пришедших к вере душ.   Истинное пастырство есть длящаяся в мире жизнь Христова. ”Ты иерей вовек по чину Мелхиседекову”.

Психология поста. Архиепископ Сан-Францисский Иоанн (Шаховской)

Tchahovskoi

Пост это установление новых ценностей человеческой личности. Впрочем, сказать новых мало; надо сказать: наисовершеннейших. Все низкое пред Богом становится низким и для человека. Все высокое пред Богом делается высоким и для человека. Нетрудно видеть, что человек настраивается, входит в тон , в разум, в дух некой высшей жизни, которую он еще не совершенно постигает. И входя в тон, в разум, в философию высшей жизни, постигает он ее все лучше и лучше. Нельзя познать океана божественной жизни, не войдя в него. В этом существенно отличается мудрость истинно-религиозная от философии отвлеченной.

RSS-материал